Потенциальная продуктивность

58-model-shteynera

Первостепенную значимость для потенциальной продуктивности имеет характер задачи, над которой работает человек или группа. Штейнер (Steiner, 1972) утверждает:

Именно природой задачи определяется, какой именно ресурс (знание, способность, навык или инструмент) окажется релевантным, какой объем каждого ресурса необходим для оптимального решения задачи и как лучше сочетать между собой и использовать различные релевантные ресурсы, чтобы получить наилучший результат…

Характеристики задач

Чтобы ответить на вопрос о том, какой способ решения задачи — групповой или индивидуальный — окажется более продуктивным, необходимо оценить два ключевых аспекта этой задачи как таковой. Речь идет о структуре задачи и о том, какого рода результат вы хотите получить. Структурный аспект задачи отражает такую ее характеристику, как делимость. Можно ли разбить задачу на составные элементы или ее специфика требует рассматривать ее как целое? Если задача неделима, то она получает название унитарной, в то время как остальные задачи называются делимыми. Если мы сможем разбить задачу на составляющие, возможно, нам удастся работать над ними параллельно, тем самым сэкономив время. Человеку, работающему над решением задачи индивидуально, придется выполнять эти элементы последовательно, один за другим, в результате выполнение задания затянется.

Например, если мне надо покрасить квартиру, можно нанять одного маляра, который будет переходить из комнаты в комнату, а можно пригласить целую бригаду, все члены которой будут одновременно работать в разных уголках дома. Если предположить, что все они мастера своего дела, то более эффективным Способом обновления моей домашней обстановки будет групповой подход. Написать портрет, напротив, — задача унитарная. Хотя теоретически я могла бы поручить разным художникам изобразить отдельные черты моего лица, в таком случае неизбежно возникнут две проблемы. Во-первых, об экономии времени не может быть и речи, поскольку перед мольбертом места для всех не хватит. Во-вторых, крайне маловероятно, что мне удастся найти художников, чьи стили будут совпадать целиком и полностью, поэтому портрет вряд ли оправдает мои надежды, хотя и получится наверняка очень забавным.

Вторым аспектом, который необходимо рассмотреть, прежде чем определять типы решаемых задач, является характеристика того результата, который мы хотим получить. К чему мы стремимся — к количеству или к качеству? Если термин «количество» вас несколько коробит (что неудивительно, если вы добросовестные студенты), позвольте привести пример. Предположим, я баллотируюсь на пост мэра города. Перед началом выборов я изо всех сил стараюсь разбросать по почтовым ящикам горог жан как можно больше листовок, восхваляющих мои достоинства и добродетели. Чтобы рассовывать бумажки по почтовым ящикам, не нужно ни навыков, ни искусства. Просто чем больше листовок, тем лучше. Такую задачу называют задачей максимизации. «Успешность выполнения задач максимизации зависит от того, насколько быстро выполняется то или иное действие или какой объем работы удается проделать» (Baron, Kerr, & Miller, 1992).

Если решающую роль играет фактор качества, то такую задачу называют задачей оптимизации. Если мы как группа готовим заявку на получение федерального фанта на исследование частоты встречаемости грибка, вызывающего дерматофитоз, в душевых школьных спортзалов, и, насколько нам известно, финансирование получит только один проект, то мы кровно заинтересованы в том, чтобы добиться наилучшего результата. «Успешное выполнение задачи оптимизации зависит от выработки верного или оптимального решения…»

Как вы поняли из этих примеров, — а я уверена, что вы поняли, для решения унитарных задач достаточно одного человека. Делимые задачи решаются группой. Задачи максимизации, наподобие перетягивания каната, сами по себе влияют на группу благотворно. А вот что касается задач оптимизации — тут все гораздо сложнее. Качества участников группы, временные ограничения, ресурсы, групповая динамика или процессы, протекающие в группе, — все это может повлиять на решение. Все эти ограничения играют свою роль практически всякий раз, когда необходимо сделать выбор, и неважно, кто будет принимать решение — группа или один человек, потому что…

…В отличие от потребностей и ресурсов, процесс нельзя измерить или оценить до начала работы. Процесс состоит из реальных шагов, предпринимаемых одним человеком или группой, перед которыми поставлена определенная задача. Он включает в себя все внутриличностные и межличностные действия, посредством которых люди трансформируют имеющееся у них ресурсы в конечный продукт, а также непродуктивные действия, на которые их толкают фрустрация, борьба мотивов или недопонимание.

Принимая во внимание все упомянутые выше трудности, мы можем создать таксономию типов задач и оценить потенциал каждой из них с точки зрения достижения высочайшего уровня продуктивности, рассмотрев для каждого типа задач оба варианта — групповое и индивидуальное решение. Первая задача известна как аддитивная задача. Аддитивные задачи обладают свойством делимости и преследуют цели максимизации. Результат определяется суммой вкладов всех членов группы. Для решения такой задачи неравномерность вкладов участников не имеет значения.

Этот тот самый случай, когда группа всегда справляется лучше, чем один человек. Возьмем, к примеру, работу комитета по организации школьного бала. Его участники решили, что будет здорово, если заполнить зал воздушными шарами. В день бала Пат-рис надула 250 шаров, Джек — 500, а Доминик — 300 шаров. Невзирая на то, что Джек, очевидно, внёс в общее дело максимальный вклад, группа как целое в сумме надула и выпустила в зал 1050 шаров. Никто не понес ущерба и не испытал неудобств, зато абсолютно все получили поддержку. Даже при отсутствии мотивации и координации аддитивные задачи все равно лучше решать в группе.

Второй тип задач получил название компенсаторных. Это частный случай делимой задачи, направленной на оптимизацию. Примером такой задачи может служить ситуация, когда в банку насыпаны горошины, монетки или что-нибудь в этом роде и задача заключается в том, чтобы назвать их точное количество. Поскольку по условиям задачи участники не имеют информации о количестве единиц содержимого в банке, то диапазон их предположений будет достаточно широк. Одни будут очень близки к истине, другие попадут «в молоко».

Если для выполнения этой задачи вы выберите одного человека, то есть, конечно, некоторая вероятность, что выбор падет именно на того, чье предположение окажется точным. Если эту задачу решать в группе, то вопиюще неверные предположения, как правило, уравновешиваются верными, усредняя их, в результате чего повышается вероятность, что группа остановится на более точном варианте. Это, безусловно, поможет заблуждавшимся, но, скорее всего, разочарует тех, кто с самого начала выдвинул точную версию. Большинство участников группы скорее получают помощь, нежели терпят ущерб от членства в группе.

Еще один важный аспект связан с принятием решения о том, следует ли в этой ситуации привлекать группу или обойтись участием одного человека. Если самый точный член вашей группы одновременно обладает самым громким голосом и исключительной настойчивостью, вам повезло. А что если самым влиятельным и настырным окажется как раз тот, чье предположение бесконечно далеко от истины?

Многие из вас знакомы с групповыми упражнениями, представляющими собой всевозможные вариации на тему выживания группы. Группу помещают куда-либо (в пустыню, в Арктику, на Луну) и снабжают ограниченным списком съестных и прочих припасов. Сначала каждый участник группы ранжирует пункты этого списка по степени их значимости для выживания. Затем группа проводит собрание и приходит к консенсусу в отношении наиболее значимых для выживания предметов. Различия между результатами индивидуального ран-

жирования и перечнем, выработанным в группе, позволяют выявить наиболее влиятельных участников этой группы. И, наконец, зачитывается эталонный перечень необходимого, составленный специалистами в данной области. Далее можно проводить сравнения между результатами индивидуального и группового ранжирования и перечнем, предложенным экспертами.

В аспирантуре — это было в Институте Северо-востока и Среднего Запада (Northeast and Midwest Institute — частный независимый институт экономических проблем — прим, ред.) в Вашингтоне, — я участвовала в упражнении на выживание в Арктике. Сама я выросла на юге Калифорнии, поэтому не имела ни малейшего представления о том, что значит выживать в полярном холоде. Результаты моего собственного ранжирования были просто душераздирающие. Но поскольку я уже преподавала на другом факультете, а прочие участники группы еще были студентами, мое влияние, естественно, было огромным, хотя для этого не было ни малейших оснований. Изучая точность группового ранжирования в конце упражнения, один из членов группы заметил, что для всех было бы куда лучше, если бы они утопили меня вместе с затонувшим, по условиям задачи, самолетом, нагрузив его камнями!

Ответы нескольких членов нашей группы попали прямо в точку. Но поскольку, согласно действовавшим правилам, группа должна была держаться вместе, мне удалось силой своего убеждения создать такую ситуацию, которая «в реальности» стоила бы жизни каждому из них. Поэтому, принимая решение о том, стоит ли выполнять компенсаторную задачу силами группы или в индивидуальном режиме, вы должны быть абсолютно уверены в том, что точно знаете возможности окружающих вас людей и уровень их компетентности.

Дизъюнктивная задача — это задача, у которой существует только один верный ответ, и его можно проверить. Примером дизъюнктивных задач служат головоломки, загадки или математические задачи. Однако среди дизъюнктивных задач можно выделить два самостоятельных типа, причем от того, насколько точно вы определите, с задачей какого типа имеете дело, в значительной степени зависит выбор группового или индивидуального пути ее решения. Первый тип получил название дизъюнктивной задачи «эврика» (Lorge, Fox, Davitz & Brenner, 1958). В случае, если задача такого рода будет решена верно, вы это сразу поймете. Поэтому решать такую задачу должен только один человек из группы. Как только у одного человека появляется решение, все остальные приходят к общему выводу, что задача выполнена. А теперь я приведу вам пример дизъюнктивной задачи «эврика» (Заимствован у Forsyth, 1990). Что означают буквы, перечисленные в такой последовательности:

рдтчпшсвд

Догадались? Не забывайте, что если кто-то из группы отгадал загадку, это значит, что группа справилась с заданием. Поэтому чем в ней больше людей, тем веселее. Решение такого типа задач приносит пользу всем членам группы. Лучший участник не испытывает разочарования, и все остальные тоже оказываются в выигрыше.

Второй тип дизъюнктивных задач обозначается термином «не-эврика». У такой задачи тоже только один правильный ответ, который можно проверить, но, когда правильное решение найдено, группа узнает об этом не сразу. В качестве примера я опишу классическое упражнение, которое я нередко провожу на занятиях:

Джо Дудльжук — неизвестное науке насекомое. Он хорошо прыгает, но не умеет ни летать, ни плавать, ни бегать и вообще ничего не умеет, только прыгать. Он постоянно должен стоять лицом на север. Прыгать ему можно только в четырех основных направлениях (север, запад, юг, восток), но ни в коем случае не по диагонали. Размер его прыжков может меняться от 2 дюймов до 5 футов. Прежде чем сменить направление, он должен сделать четыре прыжка в одну сторону. Однажды, пока он прыгал, его хозяин положил порцию еды в трех футах к западу от него. Джо голоден. Он смотрит на пищу и говорит: «Чтобы добраться до еды, мне ПРИДЕТСЯ сделать четыре прыжка». Почему именно четыре (ни больше, ни меньше)?

Необходимость решать эту задачу повергает группу в уныние. В каждом классе бывает группа, которая так и не находит правильного ответа (который вы тоже, кстати, найдете в конце главы — но наше правило в силе). Да, расхаживая по аудитории и прислушиваясь к тому, как участники групп обсуждают решение, я часто слышу, как кто-нибудь из группы произносит правильное решение только для того, чтобы его слова тут же потонули (иногда в буквальном смысле) в возгласах перекрикивающих его товарищей. Что тут поделаешь?

Данные исследований, посвященных дизъюнктивным задачам «не-эврика», доказывают, что группа должна правильно решать задачи, руководствуясь правилом торжества истины (Forsyth, 1990), которое реализуется при решении дизъюнктивных задач «не-эврика» (Bray, Kerr & Atkin, 1978). При решении задач этого типа, группа вырабатывает верное решение только в том случае, если значительное число членов группы приходит к одному и тому же выводу. Это называется правилом торжества подтвержденной истины. В отсутствие однозначно правильного ответа необходимо обладать достаточной настойчивостью, чтобы убедить участников группы, отстаивающих альтернативный вариант решения, в том, Что правильный ответ принадлежит именно их оппонентам. И снова важным фактором, в значительной степени определяющим, придет ли группа к верному решению, является убедительность. Каждый раз, когда я оглашаю правильный ответ тем группам, которые не справились с задачей, в классе раздаются вопли досады, поскольку почти всегда находится кто-то, кто называл правильный ответ, но остальные участники группы это предложение проигнорировали.

Вот вам очень серьезный случай из реальной жизни, который приводит Кеслер (1978); он показывает, как участник группы придумал верный выход из ситуации, но его версия не получила должного внимания, что в результате привело к катастрофическим последствиям:

Статья СэмаАдамса, который во время Вьетнамской войны работал аналитиком в ЦРУ, служит превосходным примером того, как компетентный сотрудник организации предлагал правильный, подлежащий проверке ответ на сравнительно простой вопрос, который не был принят организацией в свете ряда политических и социальных соображений наподобие вышеперечисленных. Работа Сэма заключалась в том, чтобы оценить военный потенциал Северного Вьетнама. Тщательно изучив документы и сравнив полевые отчеты с официальными сводками, он понял, что численность войск Северного Вьетнама существенно занижена и на самом деле составляет 600 000, а не 270 000, как гласили официальные сводки. В состоянии величайшего волнения он написал отчет, где сообщил о своем открытии, и поделился этими сведениями со всеми своими коллегами, с которыми работал в одном офисе. Безрезультатно. Никто не отреагировал. По его же собственному признанию, данные, которые он получил, были совершенно неприемлемы с точки зрения военного начальства, так оно отвечало за публикацию официальных цифр. Когда Адаме написал еще одну докладную записку, где констатировал свою оценку существующих данных, и потребовал ответа на нее, в секретные оценки ЦРУ наконец были внесены исправления, но командование по-прежнему настаивало на том, что официальные (опубликованные) оценки численности войск противника, не должны были превышать 300 000. Заниженные оценки легли в основу публичных заявлений Белого Дома о том, что в конце туннеля наконец забрезжил свет. Таким образом, ЦРУ подчинилось требованиям военных и не поставило администрацию в известность о собственных оценках ситуации. Только много месяцев спустя после разрушительного наступления Северного Вьетнама в официальные сводки о численности войск противника были внесены соответсвующие коррективы.

Конъюнктивные задачи требуют, чтобы с задачей справилась именно группа как целое, только тогда работа будет считаться выполненной. И снова, как и в прошлый раз, в зависимости от того, является ли та или иная задача делимой или унитарной, конъюнктивные задачи подразделяются на два типа. В одном случае с решением лучше всего справится один человек, в другом успеха могут добиться как один человек, так и группа в целом. Примером решения унитарной конъюнктивной задачи могут служить действия команды альпинистов, штурмующих горные кручи; вершина не будет покорена до тех пор, пока каждый из членов команды не взберется на самый пик. А для того чтобы выиграть эстафету, необходимо, чтобы все участники команды пересекли финишную черту. Если ваша эстафетная команда состоит из четырех человек, трое из которых неоднократно становились чемпионами мира, а четвертый едва дотягивает до конца дистанции, скорее всего, пьедестала почета вам не видать. Если на свою беду вы взяли с собой в альпинистскую экспедицию новичка, то практически наверняка вы все поплететесь с той скоростью, которая отражает максимум его возможностей. Другими словами, когда речь идет о решении унитарной конъюнктивной задачи, группа будет выполнять задание на уровне самого слабого из своих членов. Все остальные будут вынуждены терпеть неудобства. Очевидно, что, если вам не удастся набрать команду высококвалифицированных участников одного уровня, то те, чьи возможности превышают потенциал остальных, будут испытывать досаду и разочарование.

Некоторые конъюнктивные задачи можно разделить. Если ваша команда работает над презентацией для получения контракта на установку в вашем городе нового мемориала ветеранам Вьетнамской войны, можно взять эту задачу и разделить ее на отдельные элементы. Для этого вам придется превратить задачу в компенсаторную. Каждому человеку поручается тот «участок работ», с которым он справится лучше всех, а оставшиеся элементы задачи -Л скажем, делать копии и раздавать наглядные материалы во время собрания — достаются наименее компетентным участникам группы. Задача выполнена, в ее выполнении участвовали все члены группы, кроме того, ущерб, который могли нанести конечному результату наименее опытные участники, удалось успешно нейтрализовать.

Возвращаясь к примеру, описанному в начале нашей главы, нужно сказать, что Аника может оказаться «якорем» группы: она не обладает теми необходимыми навыками, которые есть у других членов группы. Однако вполне возможно, что Аника — превосходный писатель и редактор. В то время как другие будут работать над содержанием анализа, она сможет подготовить документацию. Но если бы Аника обучалась бухгалтерскому делу, ситуация, возможно, приобрела бы совершенно иной оборот. Поскольку проведение любого маркетингового, исследования предполагает финансовый анализ, в ее арсенале оказались бы чрезвычайно важные умения, пусть даже они отличались бы от того, что знают и умеют другие участники группы.

Групповое решение задач имеет ряд тендерных особенностей. Вуд (Wood, 1987) проанализировала результаты 52 исследований, посвященных тендерным различиям в решении задач. Ее внимание привлекали возможные различия по двум факторам: содержание задачи и стиль взаимодействия.

Как оказалось, мужчины «лучше» работали в группе над задачами, для решения которых были важны типичные для мужчин навыки, интересы и способности. Мужчины, как правило, придерживались стиля взаимодействия, ориентированного на задачу, а если успех общего дела зависел от высокого уровня активности в решении задачи, то они значительно превосходили в этом женщин. Женщины же действовали успепшее мужчин в ситуации, когда конечный результат зависел от уровня социальной активности (Wood, Polek & Arken, 1985). Как вы уже знаете по другим аспектам групповой динамики, такие внешние факторы, как пол участников, могут действовать в сочетании с более значимыми факторами группы.

Скачать шаблоны wordpress.