Контент

Всё о человеческом общении
Психология коммуникации

Масштабы, динамика и регулирование неполной занятости в России

Занятость в режиме неполного рабочего дня или сокращенной рабочей недели, а также административные отпуска без сохранения содержания или с частичной оплатой за последние несколько лет стали широко распространенной практикой на многих российских предприятиях. Существуют две противоположных трактовки данного феномена: либо как неполной занятости, либо как формы скрытой безработицы. Феномен «скрытой» безработицы заключается в промежуточном состоянии между занятостью и безработицей: с одной стороны ее нельзя отнести ни к полной занятости, ни к явной безработице; с другой — скрытая безработица это и занятость и безработица одновременно.

В международной статистике труда принято, что «неполная занятость имеет место, когда работа индивида неудовлетворительна с точки зрения определенных нормативов или другой возможной работы с учетом его квалификации (подготовки и опыта работы)». Скрытая безработица не фиксируется рынком труда. В качестве основных критериев отнесения той или иной группы населения к скрыто безработным выступают: формальная занятость, неэффективное или неполное использование трудовых ресурсов. Симптомами неполной занятости могут быть низкие доходы и неполное использование квалификационного потенциала работника (скрытая неполная занятость) или низкая производительность (потенциальная неполная занятость). Статистическое измерение неполной занятости, как правило, ограничивается ее видимыми аспектами.

Согласно подходу, используемому Международной организацией труда, в российских условиях категория не полностью занятых объединяет:

  • лиц, работающих «неполную рабочую неделю» или «неполный рабочий день» по условиям трудового договора в связи с тем, что не смогли найти работу на большее количество времени;
  • лиц, переведенных на неполную рабочую неделю по инициативе администрации (работодателя) или вынужденных перейти на не полную рабочую неделю по причине спада экономической активности;
  • -лиц, находящихся в отпусках по инициативе администрации.

Временное отсутствие на работе из-за вынужденного административного отпуска не дает оснований называть человека безработным, наиболее важным моментом в этой ситуации является то, что работник сохраняет связь со своим рабочим местом. Такой подход не противоречит следующим международным критериям неполной занятости:

  • получение заработной платы или жалованья;
  • возможность вернуться на работу после изменения определенных обстоятельств или наличие согласованной даты возвращения на работу;
  • фиксация срока отсутствия на работе, которым в определенных случаях может быть тот срок, в течение которого работник получает компенсационные выплаты.

Отношения с предприятием наемных работников, находящихся в вынужденных административных отпусках, удовлетворяют второму критерию формальной связи с рабочим местом, а лиц, находящихся в частично оплачиваемых административных отпусках, — также и первому.

Следовательно, в отличие от безработных работники, находящиеся в административных отпусках, имеют рабочее место и возможность вернуться обратно на работу с полным рабочим днем. Специальные исследования показывают, что подавляющее большинство работников, занятых в режиме неполного рабочего дня, в конечном счете, либо возвращаются на свое предприятие, либо за время административного отпуска находят работу на другом предприятии, не пополняя ряды безработных.

Тем не менее, удерживание избыточной рабочей силы как государственными, так и многими приватизированными предприятиями

неверно расценивать как однозначно позитивное явление, препятствующее росту социальной напряженности в обществе.

По результатам мониторинга занятости, проводимого специалистами Института труда Министерства РФ в 1996-2002 гг. с целью исследования механизма возникновения и развития скрытой безработицы выявилось следующее:

  1. Постоянный рост скрытой безработицы приводит к обострению психологической ситуации в трудовых коллективах: 58% респондентов заявили, что в процессе труда выполняют не свойственные им функции, а каждый пятый опрошенный утверждал, что занят во многом бесполезной работой.
  2. На большинстве предприятий значительные масштабы скрытой, безработицы сочетаются с высокой текучестью кадров, значительно увеличивая трансакционные издержки предприятий.
  3. Масштабы скрытой безработицы фактически не зависят от финансовой устойчивости предприятий. Так, в 2002г. удельный вес находившихся в отпусках по инициативе администрации на финансово неустойчивых предприятиях промышленности составлял 35-40%, на относительно устойчивых — 35-37%.

За весь период государственного статистического наблюдения за применением режима неполной занятости на крупных и средних предприятиях наиболее значительные масштабы этого явления отмечены в 1996 г.. В среднем в месяц в 1996 г. в режиме неполного рабочего дня (недели) работали 3,2 млн., или 6,7% работников крупных и средних предприятий. Более 2 млн. (4,5%) работников находились в административных отпусках. Всего за 1996 г. в административных отпусках побывали 7,5 млн. человек. Суммарная продолжительность отпусков на одного работника, который был в отпуске, составила за год 40 дней. Более 3,3 млн. человек, или 43% работников, имевших в 1996 г. административные отпуска, не получали за период отпуска денежной компенсации.

В 1996 г. доля работников, переведенных на режим неполного рабочего дня (недели), увеличилась по сравнению с 1995 г. в 1,7 раза, доля работников, которые находились в административных отпусках, изменилась незначительно. Таким образом, увеличение масштабов неполной занятости в основном обусловливалось расширением практики перевода работников на неполный рабочий день или неделю. Общие масштабы неполной занятости в 1996 г. на крупных и средних предприятиях достигли 3715 млн. человеко-часов, или 1,8 млн. условных работников, приведенных к полному рабочему времени.

Наиболее широко неполная занятость распространена на предприятиях легкой промышленности, где в 1996 г. более половины работников ежемесячно были не полностью заняты на производстве, в машиностроении (около 50%), промышленности строительных материалов, химической и нефтехимической, стекольной и фарфоро-фаянсовой промышленности (27-29%), а также на транспорте (около 20%), в строительных и научных организациях (16%). В легкой промышленности в 1996 г. 2/3 работников в различные периоды времени были в административных отпусках, в машиностроении и промышленности строительных материалов — около половины. Наиболее длительными по продолжительности были административные отпуска в машиностроении, промышленности строительных материалов, легкой промышленности — от 47 до 66 дней в расчете на одного работника, который был в отпуске (в целом по промышленности — 44 дня).

В 1996 г. средняя фактическая продолжительность рабочей недели у лиц, имевших административные отпуска и вынужденно работавших в режиме неполного рабочего дня или недели, в целом на крупных и средних предприятиях была соответственно на 6,6 и на 8,6 часа короче, чем у лиц, работавших полное рабочее время, и составила 30,1 и 28,1 часа.

В первом полугодии 2003 г. в среднем в месяц численность не полностью занятых на крупных и средних предприятиях достигала 4,2 млн. человек. Среди них 2,5 млн. человек (59%) работали неполный рабочий день или неделю по инициативе администрации и 1,7 млн. человек (41%) находились в административных отпусках. Всего в первом полугодии 2003 г. в вынужденных административных отпусках средней продолжительностью 26 рабочих дней на одного работника находились 4,9 млн. человек. В первом полугодии 2003 г. по сравнению с аналогичным периодом 2003 г. сократилась доля лиц, не получавших за период административного отпуска денежной компенсации (с 41 до 38%). Масштабы неполной занятости на крупных и средних предприятиях в первом полугодии 2004 г. оцениваются в 1462 млн. человеко-часов, или 1,5 млн. условных работников, приведенных к полному рабочему времени.

Интересно сопоставить данные государственной статистики о динамике использования административных отпусков с данными социологических обследований ВЦИОМ. Доля положительно ответивших на вопрос, приходилось ли им за последние три месяца уходить в неоплачиваемые отпуска в связи с отсутствием работы на предприятии (обследования проводились в марте, то есть речь идет об отпусках в I квартале года).

Таким образом, динамика распространенности неоплачиваемых отпусков по результатам социологического мониторинга совпадает с динамикой распространенности административных отпусков по данным государственной статистики.

Если принимать во внимание только экономические причины неполной занятости, то ее структура и динамика распространенности могли бы наряду с показателями уровня безработицы, индексом потребительских цен и ВВП характеризовать темпы экономического развития. В таком случае расширение практики использования неполного рабочего времени и снижение роли административных отпусков в можно было бы рассматривать как сигнал к улучшению экономической ситуации в России. Однако для такого вывода пока недостаточно эмпирических фактов. Будущее покажет, можно ли связывать сокращение масштабов неполной занятости с положительными сдвигами в экономике.

Против такого вывода свидетельствуют некоторые данные об усилении давления руководства предприятий и использовании им более специфических форм регулирования недозагрузки персонала. Подобно тому, как многие увольнения по собственному желанию являются вынужденными увольнениями под давлением администрации, перерывы в работе по инициативе администрации стали оформляться как отпуска «по собственному желанию».

Различия в степени охвата режимом неполной занятости различных групп работников предоставляются весьма значительными. Высший руководящий состав предприятия продолжает работать в режиме полной занятости даже тогда, когда предприятие остановлено. Служащие реже других категорий персонала находятся в вынужденных отпусках, для этой категории скорее характерна работа в режиме сокращенного рабочего времени.

В числе тех, кого чаще всего отправляют в административные отпуска, оказались рабочие средней и низкой квалификации, причем среди квалифицированных рабочих более 40% в течение года побывали в вынужденном отпуске, в то время как среди высококвалифицированных — 25% и низкоквалифицированных — 34%.

Работники, находящиеся в вынужденных отпусках и сохраняющие связь с предприятием, по-разному адаптируются к сложившейся ситуации, обусловленной необходимостью компенсации падения доходов. Выделяются три основных пути решения этой проблемы: работа в приусадебном хозяйстве; подработка (вторичная занятость) и помощь родных (иждивенчество).

Тем не менее, работники, находившиеся в административных отпусках, лишь немногим чаще, чем не имевшие вынужденных отпусков, находили дополнительную работу (32,9% против 28,3%). Снижение доходов в связи с задержками зарплаты заставило многих работников искать возможности приработка. Как и другие, «отпускники» ориентируются скорее на поиск случайных заработков, нежели регулярной второй или другой высокооплачиваемой работы. В ином случае эти люди просто ушли бы с предприятия. С одной стороны, возможности подработок ограничены из-за временного характера перерыва в работе. С другой — особенности квалификации основных рабочих профильного производства не позволяют трудоустраиваться по специальности.

Однако, чем больше непрерывная продолжительность вынужденного отпуска, тем более вероятным становится включение человека во вторичную занятость. По данным наших опросов, среди работников, продолжительность административных отпусков которых за весь 2002 год составила 1-20 рабочих дней, подрабатывали 24%, 21-40 дней — 30%, 41-60 дней — 31%, более 60 рабочих дней — 48%.

В целом положение на рынке труда, определяющее поведение работников, остается неблагоприятным. Невозможность нового трудоустройства служит причиной, сдерживающей увольнение и увеличивающей долю соглашающихся пойти в вынужденный отпуск под давлением администрации.

Социальные и экономические последствия использования пред приятиями в широких масштабах режима неполной занятости оцениваются специалистами неоднозначно. Одни отмечают, что через формы неполной занятости переход от общества «полной и всеобщей» занятости к обществу с безработицей происходит постепенно, без социальных взрывов. Действительно, пойдя на сохранение формальной связи работников с предприятием, руководство предприятий предотвратило социальную дезинтеграцию и хаос, вероятные в случае массовых увольнений. По мнению других, неполная занятость «подпитывает» консерватизм руководителей и вносит свой «вклад» в снижение мотивации к реструктурированию неэффективного производства. Кроме того, падает жизненный уровень работников, происходит их деквалификация.

И все же неполная занятость лучше, чем безработица. Главное преимущество неполной занятости как альтернативы массовым увольнениям заключается в том, что при наличии формальной связи с предприятием работник ощущает социальную идентификацию, включенность в сеть социальных связей, при помощи которых он может искать работу и справляться с жизненными трудностями.

Литература.

1. А.Ананьев «Новые процессы в занятости населения в условиях перехода крыночной экономике)), «Вопросы экономики», № 5 – 1995

2. Брайер К. X. Безработица и неполная занятость // Социолоические исследования.-1993 .-№ 10.

3. Е.Балацкий «Россия: проблема безработицы в переходный период», «Проблемы теории и практики управления», № 1 -1993

4. Т.Батяева, М.Гарсия-Исер, А.Касаткина, Н.Кутепова «Безработица среди специалистов -российкий феномен)), «Человек и труд», № 1 1 — 1993

5. Э.Бородянский, В.Кузьмин «Реальный путь противодействия безработице)), «Человек и труд» № 9 — 1996

6. Г.Волынский «К вопросу о безработице в переходный период», «Российский экономический журнал», № 4 — 1994

7.А.Карташева, Е.Кубишин «Ситуация на рынке труда: направления развития)) , «Экономист» №12 -1992

8. А.Кашепов «Проблемы предотвращения массовой безработицы в России)), «Вопросы экономики», № 5 — 1995

9.И.Д.Мацкуляк «Стратегия занятости: предотвращение безработицы (политико-экономический аспект))) М.: Экономика, 1990

10. Г.Мэнкью «Макроэкономика)) М: МГУ, 1994

11.Ю.Г.Стендинг, Т.Четвернина «Загадки российской безработицы)), «Вопросы экономики», № 12 – 1993

12. Ржаницына Л. Э. Политика в области женской занятости // Вопросы экономики.-1995. -№5

13. Московский комсомолец.- 1997.04.03

Комментарии закрыты